АЛЕКСИС ПОНСОН ДЮ ТЕРРАЙЛЬ
ЛЮБОВНИЦА КОРОЛЯ НАВАРРСКОГО
I
Король Карл IX охотился в Сен-Жермене.
Король гнался по следам волка. Его величество был страстный охотник, но на этот раз он не захотел, чтобы несчастное животное страдало, и он всадил ему пулю как раз в ту минуту, когда на него набросилась стая гончих, готовая разорвать его в клочки.
Когда волк был убит, король заметил, что еще только двенадцать часов.
— Господа,— обратился он к своей свите,— мне кажется, что у нас еще есть время поохотиться на косуль. Что вы на это скажете, Пибрак?
— Я разделяю мнение вашего величества.
— А вы, господин де Коарасс?
Генрих и Ноэ были в свите короля, который, как читатель помнит, пригласил их через Пибрака.
— Если вашему величеству угодно охотиться на косуль с теми прелестными таксами, которых я видел сегодня утром на дворе сен-жерменского дворца, то мы получим необычайное удовольствие,— ответил принц.
— Вы полагаете?
— Я уверен в этом.
— В таком случае, друг мой Пибрак, пошлите за таксами,— сказал Карл IX.
Пока Пибрак скакал во весь опор за таксами, король прибавил:
— Напрасно сестра Марго, страстная охотница, не поехала с нами сегодня. Что вы на это скажете, де Коарасс? Погода превосходная.
— Действительно, ваше величество.
— Марго была бы в восторге,—докончил король, лукаво посмотрев на юного принца.
Генрих выдержал этот взгляд совершенно спокойно.
— Разве ее высочество нездорова сегодня? — спросил он.
— У Марго мигрень.
— Неприятная болезнь, ваше величество.
— Вы думаете, де Коарасс?
— По крайней мере, так говорят.
Король пожал плечами.
— Женщины всегда ссылаются на мигрень, когда они не хотят чего-нибудь сделать. Я бьюсь об заклад, что если бы Марго знала, что вы поедете на охоту со мною...
На этот раз Генрих смутился.
— ... то она поехала бы непременно.
— Ах, ваше величество, вы изволите шутить!
Король понял, что он зашел слишком далеко и поставил молодого человека в очень неловкое положение.
— Боже мой! Да я нисколько не шучу. С тех пор как Маргарита знает, что она должна выйти замуж за принца Наваррского, она бегает за всеми беарнцами, которых встречает, в надежде встретить среди них кого-нибудь, кто расскажет ей о ее будущем супруге.
Де Пибрак воротился с таксами, и охота на косуль началась.
Косуля была убита менее чем через три часа, и король, в восторге от проведенного дня, воскликнул:
— Ей-Богу, я, кажется, поужинаю сегодня с большим аппетитом.
— Тем лучше, ваше величество,— сказал де Пибрак.— Когда король обедает, его подданные испытывают голод.
Король улыбнулся.
— В таком случае я приглашаю вас поужинать со мною, Пибрак.
— Это для меня величайшая честь, государь.
— А также и ваших кузенов.
Генрих и Ноэ поклонились. Карл IX подал сигнал к отъезду и возвратился со своей свитой в Париж.
Въезжая в ворота Лувра, король сказал де Пибраку:
— Сходите к моей сестре Марго и узнайте, не прошла ли у нее мигрень. Пригласите ее отужинать со мной.
— Ваше величество,— сказал, воротившись, капитан гвардейцев,— ее высочество принцесса Маргарита сильно страдает и легла в постель.
«Черт возьми,— подумал Генрих,— а как же свидание, которое она мне назначила?»
Король сел за стол с Пибраком и обоими молодыми людьми, которых последний выдавал за своих кузенов, с де Крильоном, гвардейским полковником, и двумя дворянами, принимавшими участие в охоте.
— Я голоден, как волк,— сказал он,— и если у моего будущего зятя, принца Наваррского, бывает такой же аппетит, когда он возвращается с охоты, то мою сестру Марго не придется слишком жалеть и,— прибавил, смеясь, Карл IX,— род Бурбонов не угаснет.
Король, однако, плохо рассчитал, как нередко бывает, так случилось и теперь — неприятное известие лишило его аппетита.
Едва успел Карл IX съесть знаменитый суп со свиным салом и обсосать крылышко фазана, как вошел паж Готье и сказал:
— Ваше величество, купеческий староста на коленях умоляет вас дать ему аудиенцию немедленно.
—